CITES CoP20: Самарканд и торговля видами
Впервые со вступления Конвенции в силу в 1975 году акула была внесена в Приложение I CITES — самый строгий уровень защиты. Это произошло в Самарканде, Узбекистан, на 20-й сессии Конференции сторон (CoP20 CITES), проходившей с 24 ноября по 5 декабря 2025 года. Собравшиеся для решения проблем торговли видами делегаты 185 Сторон добавили 77 видов в приложения Конвенции и приняли 353 решения. Официально — достижение в области охраны. На деле — торговые переговоры о том, что можно, а что нельзя продавать.
Встреча отмечала 50-летие Конвенции под тщательно подобранным слоганом: «CITES at 50 in Samarkand: Bridging Nature and People». Пятьдесят лет регулирования торговли дикими видами — и при этом мировой незаконный оборот по-прежнему исчисляется десятками миллиардов долларов. Разрыв между торжеством и реальностью хорошо характеризует CoP20.
Акула в Приложении I и более 70 других морских решений
Самым обсуждаемым на Самарканде стал вопрос о акулах и скатах. По данным Wildlife Conservation Society и центра UNEP-WCMC, более 70 видов получили повышенную защиту. Океаническую акулу и китовую акулу перевели в Приложение I, где запрещена международная торговля, как и всех манта-скатов и дьявольских скатов. Никогда ранее акула не достигала такого уровня защиты. Для животных, чьи плавники десятилетиями питают рынок, это изменение далеко не символично.
Эти акулы обитают в водах, которые и так испытывают давление. Перелов морских запасов, который ФАО оценивала в 37 % в своем докладе 2026 года, делает уязвимыми популяции, которыми CITES регулирует только торговлю, но не отлов. Внесение в приложение не восполняет океаны — оно лишь делает торговлю прослеживаемой или незаконной.
Список добавлений выходит далеко за рамки акул. Окапи, родственник жирафа из конголезских лесов, впервые попадет в Приложение I. Также в Приложение I включены наземные и морские игуаны Галапагосских островов. К ним добавились два австралийских геккона, два вида ленивцев и обезьяна из Центральной Африки — все они под угрозой из-за торговли как домашними питомцами. В Приложение II внесен один морской огурец, «golden sandfish» (Holothuria lessoni), снижение численности которого UNEP-WCMC оценивает примерно в 50 % за последние десятилетия, четыре европейские водные лягушки и кустарник гуггул.
Казахстан же получил встречный шаг. По данным протоколов IISD, страна получила квоту на экспорт около 30 тонн рогов сайги, распределенных на три года до следующей конференции, представленную как исключительная продажа. Что касается реальной силы таких компромиссов, я остаюсь осторожной: решение по внесению вида в приложение принимается на пленарном заседании, а затем применяется на таможенных постах — и именно разрыв между этими уровнями и есть главная проблема.
Одно замечание, чтобы развеять частое заблуждение. Панголин, самый браконьерский млекопитающий в мире, не был переклассифицирован в Самарканде. Он уже находится в Приложении I с настоящей CoP17 в Йоханнесбурге в 2016 году. На CoP20 Китай лишь передал данные о своих запасах, которые теперь анализируются для доклада. Это мониторинг, а не новая мера защиты.
Конференция CITES и важные моменты отказов
Конференция CITES оценивается не только по внесениям, но и по отказам. Намибия прибыла в Самарканд с тремя отдельными предложениями о повторном открытии торговли сырым слоновой костью намбийского происхождения. Все три были отклонены тайным голосованием. Down To Earth, следивший за голосованиями, подтверждает это однозначно. Рынок слоновой кости остается закрытым, несмотря на постоянное давление со стороны ряда южноафриканских государств.
Таджикистан продвинул свою инициативу по пятнистой гиене лучше: его просьба о включении в Приложение I провалилась, но вид внесен в Приложение II с квотой экспорта для коммерческой торговли, установленной равной нулю, принято по консенсусу. Та же логика компромисса применена к чилийской розовой тарантулу: сначала она была отклонена в пакете из пятнадцати видов тайным голосованием, затем повторно представлена отдельно и внесена в Приложение II. Предложения по двум ценным африканским породам древесины — дусси (doussié rouge) и падук — были отклонены, при этом точный смысл этих текстов не всегда ясен из отчетов.
Эта игра отказов и встречных уступок не уникальна для CITES. Во Франции недавно закон о упрощении ослабил режим охраны видов, что доказывает, что регресс может идти и через внутреннее законодательство, вне рамок международной конференции.
За списками — торговля, которая не ослабевает
Итак, что дал Самарканд? Остается главный вопрос: меняют ли эти приложения что-то в торговле? Цифры рассказывают упорную историю. ONUDC оценивает незаконную торговлю дикими видами примерно в 20 миллиардов долларов в год. Отчет IPBES 2022 года, с другим охватом, приводит диапазон от 69 до 199 миллиардов. Две методики, два порядка величины, тот же вывод: черный рынок процветает.
Франция — не просто наблюдатель. Информационный доклад Сената, опубликованный в сентябре 2025 года и мною изученный, перечисляет более 98 000 экземпляров, изъятых таможней в 2024 году, из которых 560 нарушений прямо относятся к CITES. Тот же документ описывает тревожный поток мяса дикорастущих животных: выявлено 3 051 правонарушение, изъято почти 22,8 тонны мясной продукции, а ориентировочный объем, проходящий ежегодно через аэропорт Париж-Шарль-де-Голль, оценивается в 475,5 тонны, что на 74 % больше по сравнению с 2009 годом.
Цифровая среда смещает часть проблемы. По данным WWF France, международная коалиция против онлайн-торговли блокировала 24,1 миллиона подозрительных объявлений с 2018 года. Число впечатляет, пока не сопоставить его с устойчивостью спроса. Более 40 000 видов сейчас регулируются CITES — границы каталога растут с каждой конференцией, а число изъятий не уменьшается.
Эта динамика перекликается с более широкой картиной: сокращением популяций, которое документирует Living Planet Report WWF, и эрозией видов, отслеживаемой Красным списком IUCN. Вид, внесенный в CITES, часто уже находится в бедственном положении. Регулирование торговли редко опережает угрозу.
CoP20 также решила ряд морских вопросов, которые пересекаются с компетенциями других организаций, например Международной китобойной комиссией, собравшейся в Хобарте в 2026 году. Это доказательство того, что ни одна конвенция не защищает океан в одиночку.
Следующая конференция, CoP21, пройдет в Панаме в 2028 году. До тех пор 353 решения должны спуститься из залов Самарканда до портов, аэропортов и торговых платформ. Пятьдесят лет спустя CITES отлично умеет включать вид в список. Главный вопрос остается прежним: кто затем действительно контролирует торговлю?
Выдержки и материалы
Wildlife Conservation Society: примечательные решения CoP20
UNEP-WCMC: новые меры защиты видов на CoP20
WWF France: открытие CoP20 CITES
Сенат: информационный доклад о торговле видами
European Parliament Think Tank: брифинг CITES CoP20
Ocean Census: 1 121 вид, еще не описанных
Программа Ocean Census обнаружила 1 121 морских видов за год. Но «обнаружен» — не то же самое, что «описан»: расследование о нюансе, который меняет все.
COP15: 40 мигрирующих видов защищены — но что это дает?
На COP15 Конвенции Бонна в Кампу-Гранде 40 мигрирующих видов были внесены в приложения. Но CMS не регулирует ни торговлю, ни охоту.
Living Planet Report 2026: чего ожидать
Отчет Living Planet 2026 от WWF еще не опубликован. Взгляд на кривую сокращения с 1998 года и реальные цифры из издания 2024 года.